?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

Чарльстон для Огненки


Неделю или две (уже трудно упомнить) мы с женой совершили подвиг и посмотрели сербский фильм «Чарльстон для Огненки» (Čarlston za Ognjenku). Подвиг потому, что смотрели без перевода и даже без субтитров. Читатель уж думает, что мы захотели похвастаться своим владением сербского, ан нет – в фильме мы поняли только отдельные фразы, причём жена – вдвое меньше меня. Но благодаря красочному видеоряду и, в общем-то, легко расшифровываемому сюжету фильм смотрелся легко, на одном дыхании.

Вообще хотел бы заметить, что наш ребёнок временами смотрит без перевода мультфильмы не только на относительно понятном ему украинском, но на английском и даже на корейском (последним он вовсе не владеет) – и ничего, нормально идут. Зависит всё, конечно, от сюжета, от сценария. И всё же в мультфильмах для детей видеоряд играет намного более важную роль, чем диалоги, по сравнению со «взрослым» кино, поэтому главное – уловить сюжет. Тогда чужой язык воспринимается просто как фон. Но и во «взрослых» фильмах, чем более они зрелищны – тем меньшую роль играет текст. Чтобы смотреть китайские боевики (которые я, правда, не люблю), знание языка уж точно не надо.

Возвращаясь к фильму. Уже после его просмотра я поискал рецензии на него по Интернету и мимоходом выяснил, что переводить там было особо нечего – весь юмор строился на местных реалиях, которыми мы всё равно не владеем.

Сюжет: первая мировая война закончилась, в Сербии катастрофически не хватает мужчин. Женщины в каждой деревне превращаются в остервеневшие банды, которые охраняют своих выживших стариков и калек с оружием в руках (хотя какие из баб банды, пародия одна), но одновременно нещадно их сексуально эксплуатируют. Есть и ещё одно квазирешение: паучья настойка на спирту. Выпить её – и являются погибшие мужчины деревни. Какой-никакой суррогат.

В деревне, о которой идёт речь, есть и ещё одна проблема: один из местных, вернувшись с войны, сошёл с ума и заминировал виноградник, который кормит всю деревню. Каждый день женщины тащат жребий, кому в этот раз идти собирать урожай. Сцены смерти, что характерно для всего балканского кино, обставлены с искромётным юмором и зрелищными аллегориями (сравним, как умирают герои, например, в фильмах Кустурицы - зачастую даже слова "смерть" нет, а есть некий намёк, типа улетающего платка). Я не знаю, где ещё на земном шаре смерть так любят превращать в балаган. Афроамериканские похороны с весёлыми блюзами – это всё-таки несколько иная тональность.

В деревне живут две сестры – Мала Богиня и Огненка. Они хотят любви, и деревня предлагает Огненке лишиться невинности с последним местным мужчиной – дряхлым стариком. В решающий момент Огненка вопит от страха, чем сохраняет свою девственность, зато старик умирает от разрыва сердца. Озверевшая от потери последнего старого хрена мужчины деревня хочет линчевать обеих, объявив их колдуньями. Те в ответ обещают, что вернутся в деревню через три дня и приведут туда мужчин. «Смотрите же», говорят им в деревне, «вы поклялись, если не вернётесь – будете вечно прокляты».

Как всё-таки сербы серьёзно относятся к подобным заклятиям! Деревня, одним словом. Я не ругаюсь, а констатирую факт: у меня у самого прадеды по всем линиям – выходцы из деревни, но то было давно, ни одного из прадедов я живым не застал, деревню видел только мимоходом, и для меня она – как обратная сторона Луны, нечто малопонятное, со своими законами. Всякий раз, когда я сталкиваюсь с деревенским миром, я не перестаю поражаться, насколько это иной менталитет. В городах России живых носителей деревенского духа мало - разве что узбекские мигранты, а вот в Сербии городское население - лишь тонкий-претонкий слой, почти вся страна живёт в деревне.

В общем, девушки находят-таки мужчин, но, воспринимая заклятие серьёзно, возвращаются с ними в деревню. Один из них оказывается мастером на все руки, сооружает над заминированным виноградником нечто вроде канатной дороги, что на какое-то время решает проблему. Правда, судя по богато накрытым столам в деревне, они вполне могли бы забить на тот виноградник – было бы что забить. Но, видимо, параллельно с решением продовольственной проблемы виноградник решал и проблему демографическую – чем меньше остервеневших женщин, тем легче. Возможно и иное объяснение: это же всё-таки зрелище, а излишний реализм (пустые столы, костлявые и апатичные от голода деревенские бабы) оттолкнёт от фильма зрителей.

Происходит неизбежный конфликт: две сестры, добывшие мужчин, считают их своими, а деревня – своими. За второго из них происходит баталия между Малой Богиней и другой деревенской красавицей – не кулачный бой, что было бы неэстетично, а вакханские танцы на столе с топтанием стекла и изрезанными в кровь ступнями (что, на мой взгляд, не менее неэстетично). Красотка выигрывает, постель вся в крови от её изрезанных ступней, мрачная Мала Богиня вытаскивает осколки стекла. Но мужик быстро соображает, что очередь из озабоченных баб к его крыльцу – это уж слишком, и пытается бежать. Бежит он через виноградник. Женщины кричат ему: куда ты прёшь, мины там!

Тут бы ему и повернуть, тем более, что прошёл он всего ничего, и мины у самого входа наверняка уже взорвались под предыдущими посетительницами. Но ведь, блин, эстетика нужна, и жанр требует крови! Мала Богиня идёт на виноградник и танцует с ним последний чарльстон, после чего оба летят на небеса.

Такая вот клюква получилась. Фильм, думаю, и замышлялся как нарочитая клюква на грани трэша, где не так важен был реализм, как важно было устроить перед Западом зрелищную презентацию сербского кинематографа, и в этом смысле себя оправдал. Кустурица, который до сих пор был самым зрелищным из сербских режиссёров, оказался переплюнут, хотя и ценой неимоверных для сербского кино расходов. Уверен, что фильм оставил свой след в его истории. Кроме того, фильм использовал одну из сильных сторон балканского кинематографа – привычный для него жанр зрелищной притчи-трагикомедии с многочисленными аллегориями и, как я уже писал выше, специфическим отношением к смерти.

Катарина Радивоевич в роли Малой Богини, безусловно, оправдывает звание одного из секс-символов Сербии. Есть в фильме и другие яркие примеры актёрской игры.

Теперь о недостатках. Поскольку жанр – «клюквенный», цепляться к мелким ляпам и логическим неувязкам смысла нет. Но вот что мне осталось непонятным – почему в название фильма вынесена младшая сестра Огненка, самый невнятный из персонажей, никак не оправдывающая своё "огненное" имя. Ничем иным, кроме как деревянным предметом обстановки, назвать её не получается, ни по роли, ни по актёрской игре. Роль в фильме – пассивная, но бездарная игра актрисы Сони Колачарич, которая только и умеет, что глаза томно таращить, превращает Огненку в статистку третьего плана, которая слишком часто мелькает в кадре лишь по недоразумению сценариста. То ли дело Радивоевич в роли её сестры, способная оживить даже самую заурядную сцену.

Наконец, мысль по ходу. Просмотр фильма лишний раз убедил меня, что сербская душа – не славянская. Не для всех этот факт очевиден, поскольку сербский язык - всё же славянский, но он очевиден для генетиков: гены сербов разительно отличаются от русских в частности и славянских в целом, как и гены англоговорящих афроамериканцев отличаются от генов британцев. Те же, кому по фиг все эти генетические тонкости, могут заметить другое: сербское буйство совершенно не похоже на буйство русское или даже польское, зато в нём много общего с вакханалиями и другими древними балканскими ритуалами ещё догреческого происхождения. Если русское буйство – это «раззудись, плечо!», это силушка, которую непонятно куда девать при неясности цели, а душа болит, и деть куда-то надо, то сербское буйство проявляется целиком в эмоциональном фоне. Как сказал бы соционик, русское буйство – это ЧС, а сербское – ЧЭ. И даже в эротических сценах фильма, поставленных ярко и оригинально (например, в катафалке на полной скорости по горной дороге без возничего), на мой взгляд, эротика была где-то на заднем плане, а на переднем – в основном эмоции. Всё-таки это совсем не по-русски. В русских фильмах эмоции по большей части какие-то вялые, кондовые, а главное ме-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-едленные.

Кому интересно, в ЖЖ есть ещё одна рецензия на этот фильм, куда суровее, чем моя.

promo dmitri_lytov january 20, 2012 21:54 40
Buy for 10 tokens
(статья написана 20 января 2012, последний раз отредактирована 08 сентября 2012) Когда-то, баловства ради, я составил в Википедии краткий обзор языков Европы, с классификацией которых современные лингвисты затрудняются. Большая часть этих языков вымерла в античный период или даже раньше (в…

Comments

( 2 comments — Leave a comment )
daima_ring
Nov. 9th, 2009 01:34 pm (UTC)
"Чарльстон" мне не понравился, честно говоря.
Но как всегда балканска мистерия-буфф! :)

Помню только, что было очень смешно (например, когда она "кукали"-плакали перед девушкой, которой надо было идти за виноградом) и очень грустно, т.к., в принципе, женщины сейчас тоже в такой ситуации: мужчин катастрофически не хватает!
4ernoburka
Jan. 11th, 2010 01:37 pm (UTC)
Исчерпывающе :)
( 2 comments — Leave a comment )

Latest Month

September 2019
S M T W T F S
1234567
891011121314
15161718192021
22232425262728
2930     

Tags

Statistics


Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner